Ответ адвокату на запрос

Если не отвечать на адвокатский запрос

Ответ адвокату на запрос

Принцип состязательности сторон, гарантированный ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, является одним из основных в уголовном судопроизводстве.

Согласно данному принципу стороны обвинения и защиты равноправны, в том числе и в процессе сбора доказательств.

Несмотря на это конституционное предписание, а также другие положения Конституции РФ, закрепляющие принцип равенства , уголовно-процессуальный закон долгое время не предоставлял стороне защиты реальных возможностей получить необходимую информацию.

Важным шагом, направленным на устранение такого правового дисбаланса и повышение роли адвоката в процессе сбора доказательств, стало принятие в 2002 году Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» (далее – ФЗ «Об адвокатуре»), который закрепил норму, гарантирующую право адвоката собирать и представлять предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными и иными доказательствами, в порядке, установленном законодательством России. Впоследствии поправки, внесенные в 2004 году в данный Федеральный закон, расширили возможности адвоката, закрепив за ним право собирать сведения, необходимые для оказания квалифицированной юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, а также общественных объединений и иных организаций. Однако, несмотря на законодательное закрепление права адвоката на запрос сведений, необходимых ему для оказания квалифицированной юридической помощи, его реализация на практике оказалась существенно затруднена. Дело в том, что за отказ, несвоевременное представление либо представление заведомо ложной информации на запросы адвоката, отправленные в органы государственной власти, органы местного самоуправления, общественные объединения и иные организации, законодатель не предусматривал никакой ответственности.

В результате такого правового пробела должностные лица указанных органов оставляли на свое усмотрение вопрос о предоставлении истребованных сведений адвокату, а тот, в свою очередь, не мог в полном объеме оказать квалифицированную юридическую помощь своему доверителю.

2 июня 2016 года президентом РФ был подписан Федеральный закон № 160-ФЗ «О внесении изменений в статьи 5.39 и 13.

14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 160-ФЗ), который создал предпосылки для сокращения проблем, связанных с реализацией права адвоката на адвокатский запрос.

Так, в частности, этим законом были определены: понятие «адвокатского запроса»; ответственность должностных лиц за отказ в предоставлении, несвоевременное предоставление либо предоставление заведомо недостоверной информации адвокату по адвокатскому запросу; ответственность адвоката за разглашение сведений, полученных по адвокатскому запросу; требования к форме, порядку оформления и направления адвокатского запроса и многое другое.

Очевидно, что Федеральный закон № 160-ФЗ, устранив правовые проблемы и коллизии в области регламентации адвокатского запроса, внес определенный вклад в развитие принципа состязательности сторон и их равенства в уголовном процессе, снизил вероятность нарушений прав адвоката, тем самым повысил качество оказания квалифицированной юридической помощи. Однако привнесённые законом положительные изменения не смогли в полной мере устранить имевшиеся проблемы правового регулирования института адвокатского запроса и в предложенной редакции, по нашему мнению, они не способны обеспечить полноценную реализацию принципа состязательности сторон (ст. 15 УПК) и принципа обеспечения подозреваемому и обвиняемому права на защиту (ст. 16 УПК). Рассмотрим некоторые несовершенства этого закона. Федеральным законом № 160-ФЗ внесено изменение в ст. 5.39 Кодекса об административных правонарушениях.

Теперь к административной ответственности можно привлечь за неправомерный отказ в предоставлении, несвоевременное предоставление либо предоставление заведомо недостоверной информации гражданину или организации, так и адвокату в связи с поступившим от него адвокатским запросом.

Как видим, в объективную сторону данного деяния законодатель включил три вида действия (бездействия): 1) неправомерный отказ в предоставлении информации; 2) несвоевременное предоставление информации; 3) предоставление заведомо недостоверной информации, а в качестве субъектов данного правонарушения закон называет только должностных лиц. В то же самое время, если будет проигнорирован запрос следователя или дознавателя, то виновный будет привлечен к ответственности по ст. 19.7 КоАП, конструкция которой существенно отличается от конструкции ст. 5.39 КоАП. Так, ст. 19.7 КоАП в качестве деяние устанавливает: 1) непредставление информации, 2) несвоевременное представление информации и 3) представление таких сведений (информации) в неполном объеме или в искаженном виде. Как видим, последний способ реализации административного проступка сформулирован намного шире, чем в ст. 5.39, так как, во-первых, не предусматривает заведомости, во-вторых, причисляет к правонарушениям в том числе и предоставление сведений не в полном объеме (в ст. 5.39 такого нет!). Круг субъектов административного проступка, предусмотренного ст. 19.7 КоАП, также шире, чем в ст. 5.39 КоАП. В него входят граждане, должностные лица и юридические лица. Таким образом, из проведенного анализа видно, что существует неравенство в силе адвокатского запроса и запроса следователя (дознавателя).

Чтобы исправить сложившуюся ситуацию, считаем необходимым включить в число лиц, за непредставление информации по запросам которых наступает ответственность по ст. 19.7 КоАП, адвоката, то есть изложить ст. 19.

7 КоАП в следующей редакции: «Непредставление или несвоевременное представление в государственный орган (должностному лицу), орган (должностному лицу), осуществляющий (осуществляющему) государственный контроль (надзор), государственный финансовый контроль, муниципальный контроль, муниципальный финансовый контроль, либо адвокату, направившему запрос в порядке, предусмотренном статьей 6.1 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», сведений (информации), представление которых предусмотрено законом и необходимо для осуществления этим органом (должностным лицом) либо адвокатом его законной деятельности, либо представление в государственный орган (должностному лицу), орган (должностному лицу), осуществляющий (осуществляющему) государственный контроль (надзор), государственный финансовый контроль, муниципальный контроль, муниципальный финансовый контроль, либо адвокату таких сведений (информации) в неполном объеме или в искаженном виде, за исключением случаев, предусмотренных статьей 6.16, частью 2 статьи 6.31, частями 1, 2 и 4 статьи 8.28.1, частью 5 статьи 14.5, частью 2 статьи 6.31, частью 4 статьи 14.28, статьями 19.7.1, 19.7.2, 19.7.2-1, 19.7.3, 19.7.5, 19.7.5-1, 19.7.5-2, 19.7.7, 19.7.8, 19.7.9, 19.7.12, 19.8, 19.8.3 настоящего Кодекса, – …». Еще одним существенным недостатком, нарушающим принцип состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе, является установленный в законе срок для ответа на адвокатский запрос.

Согласно ч. 2 ст. 6.1 ФЗ «Об адвокатуре» органы государственной власти, органы местного самоуправления, общественные объединения и иные организации, которым направлен адвокатский запрос, должны дать на него ответ в письменной форме в тридцатидневный срок со дня его получения.

Также стоит отметить, что законодатель закрепляет возможность увеличения данного срока (не более чем на 30 дней) в случаях, требующих дополнительного времени на сбор и предоставление запрашиваемой информации, причем такое продление срока осуществляет отнюдь не адвокат, а то должностное лицо, которому адресован запрос (адвоката лишь ставят перед фактом!).

Стоит отметить, что сроки ответа на адвокатский запрос тождественны срокам, установленным для ответа на обращения граждан (ст. 12 ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»).

Таким образом, учитывая, что, по общему правилу, дознание производится в течение 30 суток, а предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела, предоставление информации по адвокатскому запросу в сроки, указанные в ст. 6.

1 ФЗ «Об адвокатуре», то есть до 60 (!) дней, делает бессмысленным запросы адвоката, направленные с целью сбора оправдательных или смягчающих ответственность доказательств, и не может выступать гарантией процессуального равенства сторон.

Теперь рассмотрим сроки, установленные в нормах российского законодательства, для предоставления информации по запросам правоохранителей. Анализ показал, что единых требований к срокам нет, но однозначно следователи и дознаватели находятся в более привилегированном положении, нежели их процессуальные оппоненты – адвокаты.

Источник: https://www.Advokatorium.com/index.php/ru/articles/esli_ne_otvechat_na_advokatskij_zapros

Адвокатский запрос: содержание и проблемы реализации

Ответ адвокату на запрос
Необходимость обращения к данной теме обусловлена тем, что в настоящее время адвокатский запрос является одним из действенных способов сбора доказательств, направленный на оказание квалифицированной юридической помощи. Несмотря на то, что с момента принятия ФЗ от 31.05.2002 г.

№ 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (далее – Закон) прошло более 11 лет, при реализации адвокатом своих полномочий, регламентированных законодательством, возникают определенные проблемы, одной из которых, вызывающих многочисленные дискуссии является проблема реализации адвокатом права собирать необходимые сведения. Согласно ч. 1 ст.

48 Конституции РФ каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Адвокатская деятельность, согласно п. 1 ст. 1 Закона рассматривается как квалифицированная юридическая помощь физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав и обеспечения доступа к правосудию.

Именно на адвокатов возложена публичная обязанность обеспечивать защиту прав и свобод человека и гражданина (в том числе по назначению судов), гарантируя тем самым право каждого на получение квалифицированной юридической помощи, что вытекает из ч. 1 ст. 45 и ст. 48 Конституции РФ (абз. 2 п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ (далее – КС РФ) от 23.12.

1999 г. № 18-П). Для оказания квалифицированной юридической помощи законодательство, предоставляет адвокату возможность сбора необходимых сведений и доказательств.

  Закон закрепляет право адвоката на сбор необходимых сведений, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, а также общественных объединений и иных организаций (далее – сведений).

Указанные органы и организации в порядке, установленном законодательством, обязаны выдать адвокату запрошенные им документы или их заверенные копии не позднее чем в месячный срок со дня получения запроса адвоката (подп. 1 п. 3 ст. 6 Закона). Согласно п. 2 ч. 1 ст.

53 УПК РФ с момента допуска к участию в уголовном деле защитник вправе собирать и представлять доказательства, в порядке, установленном ч. 3 ст. 86 УПК РФ.

УПК РФ наделяет адвоката правом собирать доказательства путем истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии (п. 3 ч. 3 ст. 86 УПК РФ).

Таким образом, адвокат вправе собирать сведения и доказательства, необходимые для оказания профессиональной юридической помощи, т.е. осуществлять свое право на адвокатский запрос. Использование адвокатских запросов с целью получения необходимых сведений, является одним из способов получения информации, имеющей доказательственное значение.

Вместе с тем, несмотря на определенные положительные моменты, данное право адвоката труднореализуемо в современных условиях, поскольку регламентировав данное право, законодатель не установил процессуаль­ный порядок производства по собиранию и представлению доказательств, описанный в ч. 3 ст. 86 УПК РФ, что на практике вызывает споры и влечет необоснованные решения об отказе в приобщении собранных адвокатом доказательств к материалам дела. В отличие от ч. 3 ст. 86 УПК РФ, в подп. 1 п. 3 ст. 6 Закона не упоминается о праве адвоката собирать доказательства, а ведется лишь речь о праве адвоката собирать сведения. Кроме того, при реализации адвокатами данного права, возникают и другие проблемы, на которые хотелось бы обратить внимание.

Правомерность требований о предоставлении сведений.

Существует проблема отказов в предоставлении, запрашиваемых адвокатом в рамках адвокатского запроса сведений, составляющих государственную, коммерческую, врачебную, налоговую или другую охраняемую законом тайну. Поскольку в нормах, закрепляющих порядок предоставления сведений, составляющих охраняемую законом тайну, адвокат как субъект, правомочный получать указанные сведения отсутствует, компетентные органы отказываются предоставлять запрашиваемые адвокатом сведения, отвечая, что порядок предоставления сведений, предусмотренный для предоставления уполномоченным органам, на адвокатов не распространяется. На первый взгляд видится коллизия законодательства, предусматривающего право адвоката на сбор сведений и законов, регламентирующих порядок предоставления сведений, составляющих охраняемую законом тайну. Однако согласно подп. 1 п. 3 ст. 6 Закона выдача происходит именно «в порядке, установленном законом». Действующим же законодательством не установлен порядок предоставления адвокату сведений, составляющих охраняемую законом тайну.

Справедливо отмечает З.Я. Беньяминова «пока не будет удален термин «установленный законом порядок» или этот порядок не будет, наконец, установлен, адвокаты и дальше будут сталкиваться с противодействием на свои запросы»[1].

Рассмотрим правомерность отказа в предоставлении запрашиваемых адвокатом сведений. Конституция РФ (ч. 2 ст. 24) допускает возможность установления в отношении той или иной информации специального правового режима. Законодателем наряду с общим порядком допуска должностных лиц и граждан к государственной тайне установлен и особый порядок допуска к государственной тайне в отношении ряда лиц, в числе которых находятся только адвокаты, которые участвуют в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по делам, связанным со сведениями, составляющими государственную тайну. Следовательно, отказ в предоставлении адвокату сведений, составляющих гостайну правомерен, поскольку в отношении данных сведений законодателем установлен специальный правовой статус. Что касается правомерности требований о предоставлении сведений, составляющих врачебную тайну, то Верховный Суд РФ (далее – ВС РФ) по данному вопросу отметил следующее: «так как в действующем законодательстве адвокат … не назван в числе субъектов, которым могут быть предоставлены сведения, составляющие врачебную тайну, указанная информация им предоставлена быть не может»[2].

КС РФ отметил, что адвокат не лишен возможности получить составляющие врачебную тайну сведения об оказании медицинской помощи при условии предъявления в орган здравоохранения надлежаще оформленных документов, подтверждающих его полномочия как защитника определенного гражданина[3].

Следовательно, адвокат лишен возможности получать сведения, составляющие врачебную тайну, в отношении лиц, чьи интересы он не представляет. Адвокат вынужден реализовать данное право путем заявления ходатайств об истребовании этой информации перед органами дознания, следствия или судом. Вместе с тем, как справедливо отмечает И.С. Дикарев, «огромное число подобных ходатайств необоснованно отклоняется под самыми разнообразными предлогами.

Как следствие, сторона защиты оказывается в зависимом положении, что существенно ограничивает тактические возможности защитника»[4].

Таким образом, законодательство не предусматривает обязанность медицинской организации предоставлять информацию, составляющую врачебную тайну по запросу адвоката, поскольку адвокат не входит в число лиц, информацию которым допускается представлять без согласия гражданина или его законного представителя. Согласно ст. 26 ФЗ от 2.12.1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности» адвокаты не относятся к числу лиц, которым банки предоставляют сведения, составляющие банковскую тайну.

Таким образом, адвокаты не наделены правом получать сведения, составляющие банковскую тайну. Поэтому непредоставление данных сведений адвокату на основании адвокатского запроса не может расцениваться как незаконное действие банка[5].

Источник: https://pravorub.ru/articles/34139.html

Адвокатский запрос и персональные данные граждан

Ответ адвокату на запрос

Из ст.6.

1 63-ФЗ следует, что адвокатский запрос представляет собой официальное обращение адвоката в органы власти, различные организации о предоставлении сведений, справок, характеристик и прочих документов, без которых невозможно оказание квалифицированной правовой помощи. Ответ на запрос организации обязаны предоставить в течение 30 суток, а если требуется дополнительное время на сбор сведений, то указанный срок может быть продлен еще на 30 дней.

Если организация или орган власти не предоставит адвокату запрашиваемую информацию, передаст ее в искаженном виде или нарушит установленные сроки, то их ждет административная ответственность по ст.5.

39 КоАП. Возможное наказание за нарушение достаточно мягкое – штраф от 5 до 10 тысяч рублей.

Однако есть ситуации, при которых организации не обязана предоставлять адвокату запрашиваемые сведения:

  1. Организация не располагает интересующей юриста информацией.
  2. Адвокатский запрос составлен с нарушением закона, либо не соблюден алгоритм его подачи.
  3. Требуемые сведения относятся к информации с ограниченным доступом.

Если с первыми двумя пунктами все понятно, то на третьем стоит остановиться поподробнее. Итак, доступ к информации может быть ограничен в целях необходимости защиты конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан, обеспечения обороны и безопасности страны. В 149-ФЗ сказано, какая именно информация находится в ограниченном доступе:

  • государственная тайна;
  • коммерческая тайна;
  • профессиональная тайна;
  • служебная тайна;
  • личная тайна;
  • семейная тайна;
  • персональные данные граждан;
  • иная охраняемая законом информация.

По общему правилу, указанные сведения по адвокатскому запросу не предоставляются.

Когда персональные данные по адвокатскому запросу могут быть предоставлены

Согласно ст.7 152-ФЗ, лица, имеющие доступ к персональным данным, обязаны не передавать информацию третьим лицам без согласия на то субъектов персональных данных. Иными словами, если гражданин, предоставивший свои персональные данные, дал такое согласие, то сведения могут быть переданы в рамках адвокатского запроса.

Что делать гражданину, не желающему, чтобы его персональные данные передавались третьим лицам (в том числе через адвокатский запрос)? Физлицо вправе отозвать свое согласие путем направления соответствующего уведомления в адрес оператора (например, администратора доменного имени и т.д.). Точный адрес для отправки уведомлений, как правило, указывается в Политике конфиденциальности. Оператор, получивший письмо, обязан удалить персональные данные в течение 30 дней. Однако гражданин должен быть готов к тому, что вторая сторона прекратит договорные отношения.

Можно ли сделать частичный отзыв согласия на обработку персональных данных (например, запретить компании только передачу данных третьим лицам или ограничить обработку какой-то определенной информации)? Есть ли возможность защитить бизнес и продолжать получать нужные услуги? На практике многие организации говорят четкое «нет», ссылаясь на то, что без передачи данных другим лицам они не смогут оказывать услуги гражданину. Другие компании допускают такой вариант, предлагая клиенту заключить дополнительное соглашение. Однако, с нашей точки зрения, граждане могут осуществить частичный отзыв согласия на обработку персональных данных.

Почему это возможно?

  1. В понятие «обработка персональных данных» включаются такие действия, как сбор, хранение, систематизация, передача информации и т.д. Если гражданину дано право запретить совершение всех указанных действий, то он вправе ограничить и отдельные из них.

  2. В 152-ФЗ не содержится запрета на частичный отзыв согласия на обработку персональных данных.

Есть еще один момент, который заключается в цели обработки персональных данных.

Например, во многих типовых согласиях на обработку персональных данных основной целью регистратора доменного имени является выполнение услуг по Договору, заключенному с заказчиком (обслуживание доменного имени, направление уведомлений, обработка заявлений от клиента и т.д.).

В приложении к согласию могут быть указаны IT-организации, которым может передаваться информация, и с технической точки зрения без такой передачи регистратор действительно не состоянии осуществлять свою деятельность.

Однако, например, передача данных по адвокатскому запросу никаким образом не связана с целью сбора персональных данных регистратором. Следовательно, если гражданин запретит передавать свои данные именно по адвокатским запросам, то регистратор обязан выполнить это требование: прочие действия по обработке персональных данных будут продолжены.

Алгоритм действий будет выглядеть примерно следующим образом:

  1. Подготовьте заявление об отзыве согласия на обработку персональных данных. Если Вы желаете запретить какие-либо конкретные действия – опишите их. Не забудьте сослаться на соответствующие статьи 152-ФЗ. Единого образца заявлений нет, оно составляется в свободной форме.

  2. Удостоверьте заявление у нотариуса, если Вы хотите отправить его почтой. Если Вы будете передавать документ лично, такое удостоверение делать не нужно.
  3. Отправьте документ оператору персональных данных заказным письмом с описью вложения и уведомлением о вручении или передайте в офисе компании.

  4. Если оператор откажется выполнять требования, обозначенные в заявлении, гражданин вправе подать иск в районный суд. Требовать можно не только прекращения обработки персональных данных, но и компенсации морального вреда.

Сайты, передавшие без согласия граждан персональную информацию о них по адвокатскому запросу, могут быть оштрафованы по ст.13.11 КоАП РФ на сумму 75 тысяч рублей. Граждане, пострадавшие от незаконных действий оператора, могут обратиться в суд.

Конечно, чаще всего граждане судятся с кредитными учреждениями по поводу предоставления последними персональных данных коллекторским организациям. Однако встречаются ситуации, когда субъекты подают в суд и по причине неправомерной передачи данных по адвокатским запросам.

Приведем пример

Три гражданина обратились в суд с иском к администрации МО Репьевский сельсовет об обязании прекратить передачу и обработку их персональных данных, уничтожении персональных данных граждан и компенсации морального вреда.

Было установлено, что сельсовет по адвокатскому запросу предоставил персональные данные из похозяйственной книги о месте проживания истцов.

Граждане не предоставляли своего согласия администрации МО Репьевский сельсовет на обработку своих данных.

Также суд обнаружил следующие нарушения:

  • адвокатский запрос не содержал данных о лице, в чьих интересах действует адвокат;
  • администрация предоставила данные о трех гражданах, хотя адвокат запрашивал информацию только на одного субъекта.

По этим причинам иск граждан был удовлетворен: МО Репьевский сельсовет было запрещено обрабатывать и передавать персональные данные третьих лиц. Однако компенсация морального вреда оказалась совсем небольшой: вместо 100 тысяч на каждого истца суд присудил по 1 500 рублей.

Если бы граждане представили убедительные доказательства своих моральных страданий, скорее всего, компенсация была бы намного выше.

Итак, как мы видим, адвокатский запрос имеет меньшую юридическую значимость, чем, например, запрос правоохранительных органов.

И поэтому у гражданина есть реальная возможность сохранить свои персональные данные в тайне.

Однако каждая ситуация сугубо индивидуальна, поэтому если Вы хотите узнать, как можно защитить собственную личную информацию, – посоветуйтесь с опытным уголовным адвокатом.

Скачать пример (шаблон) заявления на отзыв персональных данных

Источник: https://www.advo24.ru/publication/advokatskiy-zapros-i-zashchita-personalnykh-dannykh.html

Начало формирования требований к ответам на адвокатский запрос

Ответ адвокату на запрос

23 января 2020 г. 11:34

ВС РФ посчитал, что отказ предоставить информацию на адвокатский запрос должен быть конкретизирован

Как сообщает «АГ», Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда РФ вынесла Определение № 127-КА19-7, в котором указала, что отказ предоставить информацию на адвокатский запрос из-за его несоответствия Требованиям к форме, порядку оформления и направления адвокатского запроса должен быть конкретизирован. Высшая инстанция отметила, что суды, признавая законным отказ Управления Судебного департамента в Республике Крым предоставить адвокату сведения, должны были указать, каким конкретно требованиям не соответствовал его адвокатский запрос. Советник ФПА РФ, член Совета АП г. Москвы Евгений Рубинштейн посчитал, что определение Верховного Суда РФ имеет важное значение для формирования практики получения адвокатом сведений по адвокатскому запросу. Он отметил, что Суд впервые высказался по вопросу о требованиях к мотивировке отказа в предоставлении сведений по запросу адвоката.

20 февраля 2018 г.

в связи с защитой прав и законных интересов обвиняемых по уголовным делам адвокат АП Республики Крым Сергей Пономарев обратился в Управление Судебного департамента в Республике Крым с адвокатским запросом о предоставлении информации об условиях содержания арестованных лиц в Киевском районном суде г. Симферополя и Верховном Суде Республики Крым, в том числе размеры (площади) отдельных камер, сведения о наличии столов, стульев, огороженного туалета и освещения в помещениях, размерах окон, а также данные о вентиляции и проветривании камер.

Решением крымского Судебного департамента адвокату было отказано в предоставлении запрошенных сведений на основании подп. 2 п. 4 ст. 6.

1 Закона об адвокатуре в связи с нарушением Требований к форме, порядку оформления и направления адвокатского запроса.

При этом в письме разъяснялось, что для получения запрашиваемой информации в части сведений об условиях содержания арестованных лиц в ВС РК необходимо обратиться непосредственно в этот суд, поскольку управление не располагает такой информацией.

После этого Сергей Пономарев обратился в Железнодорожный районный суд г. Симферополя с административным исковым заявлением к Управлению Судебного департамента в Республике Крым о признании незаконными действий, выразившихся в непредоставлении адвокату запрошенных сведений, и об обязании их предоставить.

Суд в удовлетворении требований отказал, однако ВС РК это решение отменил и направил дело на новое рассмотрение. По итогам повторного рассмотрения в иске вновь было отказано, при этом в дальнейшем ВС Республики Крым уже согласился с выводами первой инстанции.

Отказывая в удовлетворении административного иска, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что адвокатский запрос Сергея Пономарева по своему содержанию в полной мере не отвечает п.

5 Требований к форме, порядку оформления и направления адвокатского запроса, утвержденных Приказом Министерства юстиции РФ от 14 декабря 2016 г. № 288.

При этом апелляция отметила, что это не касается требований, признанных недействующими вступившим в законную силу решением ВС РФ от 24 мая 2017 г. по административному делу № АКПИ17-103.

Сергей Пономарев направил кассационную жалобу в Верховный Суд РФ (имеется у «АГ»). В ней адвокат отметил, что в своем ответе Управление Судебного департамента в Республике Крым не конкретизирует, в чем заключается несоблюдение Требований к форме, порядку оформления и направления адвокатского запроса, то есть не объясняет, какие именно реквизиты не указаны.

Сергей Пономарев заметил, что все необходимые данные в адвокатском запросе с учетом Требований, а также позиции Верховного Суда РФ, выраженной в решении от 24 мая 2017 г., были указаны. По его мнению, административный ответчик, правильно ссылаясь на Требования, а также на п. 1 ч. 3 ст. 6, ст. 6.1 Закона об адвокатуре, сам же игнорирует указанные нормы.

Адвокат отметил, что из содержания возражений на иск следует, что основанием для отказа в предоставлении информации на адвокатский запрос было следующее: «…не содержится указание на запрашиваемые сведения, в том числе содержащиеся в справках, характеристиках и иных документах. Также просим обратить внимание суда на то, что истец не предъявил доказательства регистрации адвокатского запроса, согласно предъявленным требованиям по форме, указанной в приложении 2 Приказа от 14 декабря 2016 г. № 288».

Во-первых, указал Сергей Пономарев, в ответе Управление Судебного департамента в Республике Крым не указывало на данные основания.

Во-вторых, в адвокатском запросе имеется указание на запрашиваемые сведения.

В-третьих, отметил он, адвокатский запрос был зарегистрирован, о чем имеются данные в самом запросе, поэтому остается неясным, о каких еще доказательствах регистрации говорит административный ответчик.

Адвокат подчеркнул, что все обоснование отказа в удовлетворении административного иска в решении Железнодорожного районного суда г. Симферополя от 9 октября 2018 г. фактически сводится к одному абзацу: «…в нарушение указанных требований адвокатом Пономаревым С.С. в адвокатском запросе от 20.02.2018 года не выполнены требования, предусмотренные п.

5 Требований, в связи с чем и получен отказ в предоставлении запрашиваемых сведений». Он заметил, что в п. 5 Требований 16 подпунктов, а суды не конкретизировали, какой именно подпункт он якобы нарушил. «Это говорит о том, что суды первой и апелляционной инстанций не могут и не желают обосновать, в чем заключается нарушение п.

5 Требований, ведь я не мог нарушить абсолютно все подпункты», – посчитал адвокат.

Сергей Пономарев обратил внимание Верховного Суда на то, что, несмотря на заявленный отвод всему составу суда, дело было рассмотрено Железнодорожным районным судом г. Симферополя, который зависит от Управления Судебного департамента в Республике Крым, в связи с чем был нарушен п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

По мнению адвоката, для того чтобы установить, является ли суд «независимым» в соответствии с п. 1 ст. 6 Конвенции, необходимо помимо прочего учитывать порядок назначения его членов, требования к исполнению ими своих обязанностей, наличие средств правовой защиты от внешнего воздействия и вопрос, составляет ли это видимость независимости.

Сергей Пономарев попросил отменить судебные акты нижестоящих инстанций, признать незаконными действия Управления Судебного департамента в Республике Крым относительно непредоставления информации на адвокатский запрос и обязать Управление Судебного департамента в Республике Крым предоставить информацию в части, касающейся Киевского районного суда г. Симферополя.

Проверив материалы административного дела, Верховный Суд РФ согласился, что в решении Управления Судебного департамента в Республике Крым действительно не приведено и при рассмотрении и разрешении административного дела судами первой и апелляционной инстанций не установлено, каким конкретно требованиям к форме, порядку оформления и направления адвокатского запроса не соответствует адвокатский запрос. Ссылаясь на нарушение п. 5 Требований, суды между тем не указали, какое конкретно из перечисленных в данном пункте требований не исполнил Сергей Пономарев в адвокатском запросе.

В связи с этим ВС РФ пришел к выводу о необходимости отменить нижестоящие судебные акты и направить административное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В комментарии «АГ» Сергей Пономарев оценил выводы, содержащиеся в кассационном определении ВС РФ, как положительный шаг в решении вопросов, связанных с предоставлением информации на адвокатские запросы, а само определение – как гарантию прав адвокатов при осуществлении своей профессиональной деятельности.

Советник ФПА РФ, член Совета АП г. Москвы Евгений Рубинштейн посчитал, что определение Верховного Суда РФ имеет важное значение для формирования практики получения адвокатом сведений по адвокатскому запросу. Он отметил, что Суд впервые высказался по вопросу о требованиях к мотивировке отказа в предоставлении сведений по запросу адвоката.

«Представляется, что это первый шаг к формированию требований вообще ко всем ответам на адвокатский запрос.

В рассматриваемом случае Верховный Суд РФ указал на то, что при отказе в даче ответа по основанию “несоответствие адвокатского запроса предъявляемым к нему требованиям” необходимо указать на конкретное положение, которое было нарушено при составлении запроса, и только в этом случае такой ответ может быть признан законным. Но практика адвокатской деятельности знает и другие формы прямого или завуалированного отказа в предоставлении информации по запросу. Например, немотивированная ссылка на то, что государственный орган или должностное лицо не обладает сведениями, тогда как нормативный акт прямо указывает на него как на оператора запрашиваемых сведений, ссылка на размытый и неконкретизированный объем запрашиваемых сведений, просьба о предоставлении дополнительной информации для ответа на запрос и тому подобное», – заметил Евгений Рубинштейн.

Он заметил, что предусмотреть конкретизированные требования к ответам на каждый случай нельзя, однако сформировать общие требования к ответам на адвокатский запрос, включая требование о мотивированности отказа со ссылкой на норму права и фактические обстоятельства, возможно. В связи с этим Евгений Рубинштейн указал, что данное судебное решение следует рассматривать как начало формирования требований к ответам на адвокатский запрос.

В то же время адвокат АП Красноярского края Павел Киреев считает, что указанные в кассационном определении основания для возвращения дела на новое рассмотрение носят скорее процессуальный, а не сущностный характер, поскольку нижестоящие суды не мотивировали свои судебные акты конкретными обстоятельствами (какие конкретно нарушения допущены при составлении и направлении запроса).

Он предположил, что в ходе нового рассмотрения административного иска Сергея Пономарева по существу суды выразят позицию относительно правового значения конкретных требований к оформлению запроса, а именно – будет ли являться наличие нарушений к оформлению (каких именно и в какой степени) достаточным законным основанием для отказа в исполнении адвокатского запроса. «При этом положительное значение данного кассационного определения как минимум в том, что Верховный Суд обратил внимание на недопустимость отказа от исполнения запроса без указания конкретных фактических оснований из числа установленных в порядке ч. 4 ст. 6.1 Закона об адвокатуре», – посчитал Павел Киреев. Сами основания для отказа, по его мнению, особенно если субъекты получения запроса толкуют их расширительно, могут «свести на нет» практическое значение даже идеально оформленного запроса.

«В связи с этим, безусловно, требуется внесение изменений в законодательство, направленных на расширение перечня видов и категорий сведений, на получение которых адвокат имеет право.

Изменения целесообразно внести не только в законодательство об адвокатской деятельности, но и в иное законодательство, регулирующее порядок предоставления различных типов информации, отнесенной к ограниченному доступу», – резюмировал Павел Киреев.

Источник: https://fparf.ru/news/fpa/nachalo-formirovaniya-trebovaniy-k-otvetam-na-advokatskiy-zapros-/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.